В четверг его рассмотрит правительство. Доклад – это не программа действий, а констатация тенденции последних двух-трех лет, пояснил в среду руководитель ФАС Игорь Артемьев: в нем будет много неприятного для правительства.
Государство стремительно наращивает присутствие в экономике. Вклад его и госкомпаний в ВВП вырос до 70% в 2015 г. с 35% в 2005 г., пишет ФАС. Количество государственных и муниципальных унитарных предприятий за три года утроилось, ссылается служба на данные ЕГРЮЛ (см. график): они по-прежнему создаются на рынках с развитой конкуренцией, где использование административного ресурса и бюджетного финансирования – серьезная угроза. При этом резко выросло число региональных и муниципальных унитарных предприятий – они главные враги конкуренции на локальных рынках.
Со своей собственностью государство расстается неохотно. В 2012 г. был расширен перечень крупнейших компаний, подлежащих приватизации, государство собиралось существенно сократить свою долю в них, а то и вовсе выйти из капитала. Но планы изменились, пишет ФАС: теперь государство не собирается расставаться с корпоративным контролем и хочет сохранить возможность влиять на управление.
Расширение доли государства в экономике усиливает монополистические тенденции и в пока еще «не контролируемом государством экономическом пространстве», сетует ФАС.
К бизнесу власть относится «как к кошельку», ответила почти половина компаний, опрошенных РСПП (48% против 42% в 2014 г.). Все меньше предпринимателей считают, что власть воспринимает их как младшего или равного партнера. 15,8% компаний убеждены, что власть относится к бизнесу как к питательной среде для коррупции. И лишь 2% респондентов полагают, что «власть относится к бизнесу как к конкуренту».
Именно чиновников предприниматели считают главными врагами конкуренции. Действия властей – главная причина сокращения числа конкурентов, ссылается ФАС на доклад Аналитического центра при правительстве, на втором месте изменения правовой базы (58 и 53% респондентов соответственно).
Примером такого удара по конкуренции ФАС называет ответные продуктовые санкции. Эмбарго привело к росту цен на продовольствие, констатирует ФАС. Хотя оно и создало возможности для расширения отечественного производства, но импортозамещение осуществляется точечно, преимущественно в производстве мяса и молочной продукции.
Реформы своим чередом
Польза от политики ускоренного импортозамещения только кажущаяся, говорится в докладе: она «может нести скрытые угрозы для экономики» – привести к ограничению конкуренции и снижению эффективности товарных рынков. Отрицательно влияют или могут повлиять на конкуренцию большинство мероприятий политики импортозамещения, признает ФАС: ограничение доступа импорта, дополнительные административные барьеры, перечни иностранной продукции (например, машиностроения), которую запрещено закупать без согласования с правительственной комиссией по импортозамещению. Ограничивается конкуренция при госзакупках – например, заказчик ссылается на необходимость поддержать предприятие, которое занимается, а то и только планирует заняться импортозамещением. Все это приводит к росту цен без улучшения качества продукции.
Политика импортозамещения должна быть ограничена лишь несколькими сферами, считает ФАС, таких как оборона, обеспечение фармацевтической и продуктовой безопасности. А основной формой проектов импортозамещения должна быть модернизация производства или создание предприятий с нуля.
Для борьбы с монополиями и чиновниками ФАС предлагает национальный план развития конкуренции, который готовится по поручению президента, рассказал Артемьев. Документ ФАС постарается сделать предельно конкретным, с цифровыми показателями, в случае невыполнения которых губернаторов и министров предложено отстранять от должностей, уточнил Артемьев.
На основе доклада невозможно оценить эффективность антимонопольной политики, отмечает эксперт «Деловой России» Алексей Ульянов: нет анализа влияния действий ФАС и принимаемых службой решений по конкретным делам на конкуренцию.
Роль государственных и квазигосударственных институтов – госкомпаний, госкорпораций, институтов развития – увеличивается, согласна главный экономист Альфа-банка Наталия Орлова. Частный бизнес существует в режиме экономии, а государственный сектор чувствует себя более свободно, добавляет она. Госбанки проводят менее жесткую кредитную политику, чем частные, перераспределяя деньги в пользу менее эффективных компаний, а госкомпании не нацелены на рентабельность, продолжает Орлова. Создается впечатление, что государство устраивает сложившаяся ситуация, поэтому первым шагом должно стать признание проблемы, говорит Орлова.
Дело не в частной или государственной собственности, ФАС несколько упрощает проблему, говорит директор Института анализа предприятий и рынков Андрей Яковлев. Есть и вполне эффективные госкорпорации, например в Норвегии, Чили, Малайзии. Вопрос в качестве государства – может ли оно эффективно распоряжаться своей собственностью и регулировать частные рынки, может ли отделить добросовестных чиновников от коррумпированных, объясняет он. Без решения проблемы конфликта интересов приватизация и сокращение присутствия государства не помогут, считает он.